Не кантовать!
25.03.2008
«Груз 200»
У завкафедрой научного атеизма Артема (Леонид Громов) на полпути к матери в Ленинск, глохнет мотор «Запорожца». Идя на свет, Артем, выходит к дому Алексея (Алексей Серебряков), экс-зэка и последователя Кампанеллы, зарабатывающего на Город Солнца катанием паленой водки, руками вьетнамского раба Суньки (Михаил Скрябин). Тот час же начинается теологический спор: есть ли Бог? Есть ли душа? В это же время, случайно встретившиеся на дискаче, дочь секретаря райкома Анжелика (Агния Кузнецова) и мутный тип Валера (Леонид Бичевин), в поисках выпить, отправляются в недостроенный Город Солнца. Все это время, вокруг дома, темной лунной ночью, зловеще поглядывая в окна, крутится недобрый мент-оборотень — капитан Журов (Алексей Полуян).
Последний раз русское кино поднимало сопоставимый шум десять лет назад, когда вышел балабановский же «Брат». Тогда говорили о русской ментальности, «поколении Данилы Багрова» и беспросветной эпохе первоначального накопления капитала — криминальных 90-х. И вот теперь опять.
Посмотревшие, понятно, разделились на согласных и несогласных. Первые трактовали происходящее на экране как пощечину настоящему — проводят параллель межу 1984 годом и 2007. Вторые — считают Балабанова очернителем светлой эпохи позднего застоя. Как бы там ни было, это важный показатель, значит, фильм получился, заставил обдумать увиденное, дабы занять свое место в противоборствующих лагерях. Сам режиссер говорит, фильм неспроста «основан на реальных событиях» — он себе так запомнил середину 80-х.
Главным, для текущего момента, событием, оказывается элементарный факт — Балабанов единственный русский режиссер способный внятным кино-языком, членораздельно рассказать историю. Существует, конечно, плеяда условно «новых» режиссеров (Попогребский, Велединский, Сидоров) владеющих мастерством, но они больше погружены в метафизику, чем в жанр. Хороший экшн по всем канонам, теоретически, может снять Егор Кончаловский. Своими «антикиллерами» он это несколько раз демонстрировал, хотя это скорее интерпретация азиатских боевиков. Истинно, простите, русскую жанровую картину пока, умеет снимать только Балабанов. Сырой и холодный как могила боевик о братской любви («Брат»), исторический фильм о порнографе по-призванию («Про уродов и людей»), глэм-боевик о нерушимости братской любви («Брат 2»), военная драма на актуальную тему («Война»), криминальная черная комедия о братве («Жмурки»), новорусская мелодрама («Мне не больно») и теперь фильм ужасов — помноженный на тему заката Империи. Русский ужас, бессмысленный и беспощадный, жесткий как сама жизнь. Без прикрас, с головой, со звуком глухого выстрела из охотничьего ружья или табельного ПМа, погружает в кошмар. Бр-р.
