Геометрия
17.02.2010
«Агора» (Agora)
Обеспокоенные жители Александрии решают вырезать наглых христиан, но те резво переходят в контрнаступление. Догматизм оказывается плохим соседом гелиоцентрической модели мира, особенно на стадии становления религии, когда пассионарный заряд готов вот-вот сдетонировать. Пока варвары жгут Александрийскую библиотеку, умнейшая женщина своего поколения — Гипатия (Рейчел Вайс) — никак не может разобраться с путями небесных тел.
Проблема с жанром пеплума состоит из двух элементов: отсутствия интриги (события, о которых рассказывается хорошо известны) и английской речи. Причем, вторая даже более существенна и решалась на моей памяти лишь однажды Гибсоном в «Страстях Христовых». Только по этим двум пунктам можно что-то противопоставить Аменабару, потому что во все остальном он опять показывает себя крепким хозяйственником без почерка, человеком заинтересованным не только процессом, но и результатом, за что судьба (глупо было бы вспоминать здесь бога) наградила его Вайс. Немного неожиданно Аменабар отходит от красочного феминизма в сторону истории религий. Ничего нового тут конечно сказать нельзя, но мало кто отважится назвать христианство религией рабов, не извинившись в то же время одну тысячу раз. Однако это лишь видимая часть жанра, поскольку события — пугающая демонстрация цикличности истории. Происходящее регулярно повторяется: как только правящий строй зацикливается на своих, пускай даже важных в перспективе задачах, брошенный народ быстро находит развлечение на тысячу лет вперед. Пришедшие к власти выжигают весь интеллектуальный жир и вымещают комплексы неполноценности. Тут — хоть большевики, хоть нацисты, хоть христиане, хоть мусульмане — хрен редьки слаще не становится. История начинается с погромов.
